На главную
+7 (812) 408 77 88

«Петергофские дачи», история места

Особняки знати стояли на знаменитой Петергофской дороге с самого начала Петербурга. Пётр Первый задумал ее как великолепный въезд в свою загородную резиденцию – Петергоф. Со свойственным ему практичным остроумием он поручил затратное строительство своим подданным. Для этого от Коломны до Стрельны и далее стали раздавать дачи земли.

В те времена слово дача не имело ровно никакого отношения к загородному отдыху. Так назывался юридический договор на владение землей. Государь давал надел земли не даром, а с условиями. Не выполнишь – государевы люди проверят и заберут его назад, отдадут новым владельцам. Дачи земли раздавали и под Москвой, и в других регионах. Условия зависели от места расположения.

На Петергофской дороге вельможи получали угодья с лесами и крестьянскими деревнями, однако должны были сами, на свои средства и в определенный срок выстроить типовые дворцы, разбить красивые парки. Не будем забывать, что домики Доменико Трезини были роскошным, однако типовым проектом.

Чем ближе к Петергофу, тем выше был статус имения и ранг владельца. Петровские вельможи наперебой подавали прошения о даровании им «приморской дачи». Ссылались на свои заслуги, на недостаток в хозяйстве дров и съестных припасов – всё, чтобы получить знак отличия. Такая дача могла приносить и некоторые доходы, но главным здесь всё-таки был отдых, уединение, наслаждение красивыми ландшафтами и морскими видами. При этом владелец жил не в глуши. Его соседями были самые влиятельные вельможи, люди одного с ним круга. Так Петергофская дорога стала аналогом современной Рублевки.

Можно сказать, что российская дача появилась под Петербургом - но мы имеем в виду лишь слово. Обыкновение выезжать из города в загородные усадьбы было присуще боярам задолго до Петра. В случае необходимости, если того требовали дела, они легко могли вернуться назад в Москву. Нарядные усадьбы бояр вблизи Москвы назывались подмосковными и очень ценились. Это название так и сохранилось за ними вплоть до революции. Дачи на Петергофской дороге назывались приморскими дачами - так их отличали от других дач вблизи города, но сокращение “приморские” не прижилось.

В обиходе осталось слово “дача” - оно стало означать роскошный загородный дворец для летней жизни. Очень долго, до середины 19 века, это значение было основным. Горожане выезжали летом в предместья в 18 веке, однако “дачами” их дома пока никто не называл.

Мода на дачи пришлась на конец 1830-х годов. Это было связано с пришедшей из Франции привычкой путешествовать, открывать новые красоты, искать новые памятные места. Способствовало ей в России строительство железной дороги из Петербурга в Павловск. Дачи в Павловске, Петергофе и других дворцовых пригородах были очень дорогие и много говорили о высоком социальном положении дачника. Однако же в 1830-50-х годах называть небольшой загородный дом дачей было смешно. Первыми на изменения в жизни отреагировали журналисты - это они предлагали своим читателям посмеяться над странным употреблением слова. Далее, впрочем, название прижилось. Словари конца 19 века - а уж они реагируют на нововведения одними из последних - фиксируют уже слова “дачка” и даже “дачонка”, относившиеся к деревянным домам мелких чиновников.

Кроме того, важную роль в ежегодном дачном переселении играли медицинские практики. На даче укрепляли здоровье, уезжали от эпидемий холеры, тифа, скарлатины и других заразных болезней. Так, во время жестокой эпидемии холеры 1831 года в Петергофе не было зафиксировано ни одного случая заболевания - и горожане стремились вывезти семьи в эти места, в этот год и много позже.

Земли, где сейчас располагается комплекс «Петергофские дачи», всегда были желанным владением. На протяжении XVIII – начала XX вв. они входили в состав разных имений, а те часто переходили из рук в руки. В 1719 году они стали южной частью дачи премьер-майора лейб-гвардии Преображенского полка И.И. Бутурлина, но хозяин скоро впал в немилость. Тогда имение конфисковали и передали доктору И.Л. Блюментросту. В 1750-х это имение вошло в состав большой дачи И.И. Шувалова, фаворита императрицы Елизаветы Петровны. Она сама не раз бывала здесь вместе со своим двором. О владельце нам напоминает топоним Шуваловка (раньше здесь была деревня, она носила также название Поэзи). По соседству, западнее по шоссе, в это время находилась дача ещё одного известного вельможи елизаветинских времен, графа А.П. Бестужева-Рюмина. Он много лет возглавлял внешнюю политику России и известен нашим современникам по киноэпопее «Гардемарины, вперед!» (канцлер Бестужев, исп. роли Е. Евстигнеев). После его опалы и ссылки дача переходила к другим вельможам, пока в 1835 году его не приобрел для своей супруги император Николай Первый. Императрица Александра Федоровна получила его уже в составе усадьбы Знаменка и сразу полюбила эти места. Она создала образцовое имение с лесами, лугами, аккуратными крестьянскими деревнями и великолепными дворцами и парками. Всё это время здесь работали ведущие архитекторы, садовники, парковые архитекторы Европы. Эти места жестоко пострадали во время Великой отечественной войны, многое было уничтожено артиллерийскими обстрелами. Остались некоторые восстановленные из руин памятники, рукотворные красоты ландшафта, а также породы деревьев, совершенно не присущие нашему северному климату. Они прижились и дали новую поросль, образуя совершенно уникальную природную среду.

Форма бронирования
Ваша заявка поступит в отдел продаж и наши специалисты свяжутся с вами для уточнения информации.
Оформить бронирование можно в нашем офисе по адресу: г. Санкт-Петербург, Свердловская наб., д. 38, лит. Ж
Имя
Телефон
Я согласен на обработку персональных данных
Ваша заявка